Десятки мыслей проносились в голове как сердцебиение, пока шаги приближались, а я все крепче сжимала руки. Когда вуаль начала подниматься, моим первым порывом было схватить эту самую руку, что держала шелковую ткать, и сломать ее. Неимоверным усилием воли я заставила себе сохранить на лице сдержанное выражение и полуулыбку. Взгляд скользнул к лицу генерала. Что ж, молва правдива, довольно симпатичный, только глаза меня несколько смущали. И как будто он просто изучал мое лицо, но взгляд был слишком цепким, словно он разом прочел все мои мысли. И это мне не понравилось.

— Боюсь, я не совсем понимаю, что вы имеете ввиду, генерал Лу. – с вызовом проговорила я, играя роль избалованной принцессы, — Не вы ли отправляли помолвочные дары, желая видеть меня своей женой? – я похлопала ресницами, делая вид, что не имею понятия о том, что брак между нами был договорным. Как и положено послушной дочери императорской семьи. Открывать свой следующий ход я не хотела, да и генерал не торопился завершить свадебные ритуалы. Я сделала вывод, что сам Лу Фэн не жаждал этой свадьбы, а пошел на этот брак только ради жетона. Только пока я не выясню правду об отце, он его не получит. Даже если мне придется бежать из его покоев навстречу своей смерти.

Прикосновение мужчины к моему лицу я стойко выдержала, хотя хотелось кричать, что он бесстыдник и пусть немедленно уберет от меня руки. Но мы вроде как уже женаты, и он имеет на это право. Откровенно говоря, это безумно раздражало. Как и его пристальный взгляд, в непозволительной близости от моего лица. Осторожно, генерал, вы только что подали мне идею, как избежать вашего присутствия. Я отклонилась назад, отдаляясь, и срывая вуаль с головы. Сердце разрывалось от желания залепить генералу пощечину, но это было бы серьезным проступком, который разрушит мои планы. Придется сохранить свой образ, чтобы не пошатнуть хрупкий мир между Иньчжоу и Лунтаном, и добиться правды для моего отца.

— Или я настолько вам не подхожу, что, увидев меня, вы передумали? – как же изобразить возмущение так, чтобы Лу Фэн поверил? – Хотя, меня порадовала возможность отъезда из дворца Иньчжоу. Знаете, сколько людей считает, что принцессе стоит умереть? Даже поесть нормально не получается! – вдохновенно излагала я, осторожно ускользая подальше от мужчины, якобы, чтобы было удобнее разговаривать. Щеки покрылись румянцем здорового возмущения, что меня не принял мужчина, которому доверили самое ценное – меня. И от желания убраться подальше от его рук и пронизывающего взгляда.

– Вы даже не представляете, сколько во дворце интриг. Зазеваешься – и всё. Твою еду даже не съедят, а еще хуже — испортят.  В основном ядом. Что самое обидное – отравы могут и не доложить! – я изобразила легкую растерянность, после чего пристально посмотрела на Ли Фэна. — Вот только никак не могу дождаться толкового убийцу по мою душу. Всё какие-то дилетанты попадаются. – небрежно произнесла я, незаметно заталкивая вуаль под подушку, словно ее вообще не было, свадьбы не было, а я просто мимо проходила. Я поднялась, не сводя взгляда, и отошла на пару шагов назад. На всякий случай.

Старательно заговаривая зубы генералу, я уже просчитывала варианты. Если разобраться, мужчина то ли угрожал мне с самого начала, то ли предупреждал. Возможно, искал союзника в моем лице – трактовать можно по-разному. Но если я изнеженный цветок, то должна быть уязвлена его невниманием к моей персоне. Сузившиеся глаза Лу Фэна заставили меня замереть, а сердце забиться в тревоге. Похоже, я недооценила генерала или его выдержку, о которой, к слову, ходят легенды. И не объяснить ему, что ничего личного, просто мне нужно узнать правду.

Украдкой я разглядывала своего мужа. Красивый и властный, как тигр, готовый к прыжку. Высокий рост, мускулистое телосложение, прямая осанка — всё говорило о военной подготовке и дисциплине. Черты лица правильные, но мягкие, с намёком на сарказм и цинизм. Глаза острые, холодные, словно льдинки, сверкающие в свете свечей. Справиться с ним будет не так-то просто. Лучше всего держаться от него подальше, а в идеале – иметь его в союзниках. Только проблема в том, что мне нужно играть свою роль, но я не готова становиться примерной женой. Мы не любим друг друга, а симпатия генерала к принцессе – это симпатия к ее нежному образу и горячая любовь к военной мощи, а не к женщине.

— Надеюсь, здесь мне ничего не грозит? – уточнила я, наклоняясь, и стаскивая с кровати свадебное покрывало, — Раз я вам неприятна, не смею порочить ваш взор своим видом, мой господин. Я буду спать вон там. – я кивком головы указала на небольшую тахту в противоположном углу покоев, после чего прижала к себе покрывало, и гордо вздернула подбородок. На мгновение в глазах мужчины мелькнуло нечто похожее на удивление, но, может, это просто отблеск свечи. Изобразив негодование и покорность судьбе, я повернулась, чтобы уйти, и украдкой выдохнула.

Я его не обидела, не позволила себе лишнего, побеспокоилась о его покое. Лу Фэн не сможет сказать, что принцесса Иньчжоу нарушила соглашение. А я, как благонравная супруга, буду молчать о произошедшем, чтобы не позорить честь семьи Лу. Со стороны все должно выглядеть образцом для подражания. Его чин и мое положение связывают нас обязательствами. Но раз мы оба не горим желанием воссоединиться как супруги, то нам же проще. И тогда он не будет против, если со временем я признаюсь ему, что приехала не для крепкого союза, а ради расследования смерти своего отца.